Главная · Ликвидация · Флот как фактор могущества Великобритании. Шесть самых мощных флотов в мире Современный военно морской флот англии

Флот как фактор могущества Великобритании. Шесть самых мощных флотов в мире Современный военно морской флот англии

Море это единственная империя, которая естественным образом может нам принадлежать

Эндрю Флетчер,
(британский политический деятель)

Великодержавный колониальный успех Англии традиционно связывают с ее могуществом на море. Как писал в конце XVII века Эндрю Флетчер из города Сальтуна: «Море это единственная империя, которая естественным образом может нам принадлежать» (цит. по Фергюсон Н.). Однако подобные высказывания в то время следовало доказывать не только словесно, но и силой оружия, причем в жестких и кровавых баталиях в океанах и морях с другими европейскими соперниками.

Устремившиеся в далекие океаны и моря и укрепившиеся в многочисленных заморских колониях португальцы, испанцы, голландцы и французы имели развитые по тем временам военно-морские силы, а некоторые из них (испанцы) господствовали в Атлантике и на побережье Тихого океана. Да и сама география островного положения Англии, казалось бы, предопределяла желание ее правительства иметь сильный флот, чтобы соперничать с другими европейскими державами за богатства заморских стран.

С точки зрения Джорджа Тревельяна, отцом-основателем английского военно-морского флота следует считать Генриха VIII Тюдора. Именно при нем английский флот «…был подчинен самостоятельному адмиральскому управлению и организован как регулярная военная сила, оплачиваемая королем… Но он не только строил королевские корабли, но и соорудил военно-морские базы в Вулидже и Детфорде, где устье Темзы затрудняло неожиданные вторжения; он усовершенствовал морскую базу Портсмут и укрепил много гаваней».

С началом елизаветинской эпохи (продолжавшейся 45 лет, пока находилась на троне королева Елизаветы I), начинается новый период интенсивного строительства военно-морских кораблей. Флот был очень нужен для защиты купечества на морских коммуникациях, создающих многочисленные акционерные компании для торговли с разными странами, нужен он был и короне, борющейся с монополией могущественной и враждебной Испании, запрещавшей вести торговлю со своими колониями в Новом Свете. Решительная и не брезговавшая никакими средствами для достижения поставленных целей королева Елизавета Тюдор рьяно оказывала любую помощь и поддержку кораблестроителям, мореходам, купцам.

По словам одного историка викторианской эпохи Джона Сили, в век Елизаветы Англия «попала в главный поток торговли и впервые стала направлять свою энергию к морю и Новому Свету. Это и было началом расширения, первым симптомом возникновения Великой Британии».

Почти во всех частях света и на многих торговых путях английские купцы сталкивались с могущественной испанской державой, господствовавшей на морях и запрещавшей всем европейцам участвовать в торговле с Новым Светом. Англичане наряду с другими европейцами бросили вызов всемирной католической империи Филиппа II. Характер этой борьбы сразу же принял для англичан национально-религиозный формат: это была борьба отстаивающих свое право на существование протестантов англичан против диктата и попытки установления всемирной католической империи феодально-абсолютистской Испании. Именно в этой войне отчетливо формировалось национальное самосознание англичан.

Тем более что Мадрид был атакующей стороной. Испанцы вмешивались во внутренние дела Англии, стремясь посадить на престол шотландскую королеву и католичку Марию Стюарт (жену Филиппа II). Они не раз пытались в ходе заговора убить ненавистную королеву Елизавету Тюдор. Ненависть к папистам-испанцам у англичан оправдывала их борьбу с ними всеми доступными средствами. Дело доходило до того, что испанских дворян, захваченных на море, английские пираты выставляли на аукционах.

Не имея мощного флота и права свободно торговать с испанскими колониями, англичане прибегли к тактике морского разбоя. Сама организация пиратски-коммерческих экспедиций проходила за счет паевых взносов любых «акционеров», участвовавших в сверхприбыльном бизнесе: от простых купцов и моряков до депутатов парламента, титулованной знати, членов правительства и, наконец, самой королевы. По завершении экспедиций акционеры получали свою долю прибыли в зависимости от сделанного взноса.

Отчаянная смелость и военная изобретательность английских корсаров-торговцев соседствовали с удивительной предприимчивостью в ведении их рискованного «бизнеса». Особенно славились своей смелостью и находчивостью «корнуэльские джентльмены». В 60-е – 70-е годы гремело имя Джона Хокинса, пионера по грабежу испанских колоний. За Хокинсом потянулись и другие «джентльмены удачи», совмещавшие в своей деятельности морской разбой, торговлю и работорговлю с географическими открытиям: Ф. Дрейк, Т. Кавендиш, М. Фробишер, У. Рэли и т.д.

Особенно прославился Френсис Дрейк, свершивший второе после Магеллана кругосветное плавание в 1577–1580 гг. Удачливый Дрейк, своим пиратством нанес огромный ущерб испанским колониям в Америке и вернулся домой с колоссальной добычей. Он щедро поделился со своей королевой (60 % добычи принадлежало государству), финансировавшей его экспедицию. Благодаря этому Елизавета смогла выплатить весь внешний долг Англии и покрыла весь дефицит бюджета страны.

После такого ущерба казне открытая война с Испанией стала неизбежной, и она началась в 1585 году. Ненавистный испанцам Дрейк с эскадрой в 21 корабль опустошает испанские города в Вест-Индии. А в 1587 году, ворвавшись в город Кадиса, уничтожает там до 30 судов, предназначенных для морского похода «Непобедимой армады» против Англии. Наконец, в генеральном сражении в проливе Ла-Манш в 1588 году английский флот (одним из адмиралов в этом сражении был кипучий Ф. Дрейк) встречается с тяжелыми испанскими кораблями «Непобедимой армады» в составе 130 судов и громит ее.

Мощь испанских неповоротливых галеонов водоизмещением до 1500 тонн уступает быстроходности и маневренности английских судов, к тому же имевших больше пушек. А хорошо обученные английские моряки на частных купеческих и пиратских судах воюют намного лучше испанцев. Разгром испанского флота был впечатляющим, а жесткая морская буря довершила ее разгром. Выброшенные на берег испанцы числом более 5 тысяч были пленены англичанами.

С гибелью армады было подорвано морское могущество Испании. Господство на море стало переходить к Англии и Голландии, что открывало перед ними возможность осуществить большие колониальные захваты и ускорить посредством грабежа колоний процесс первоначального накопления и развития капитализма. В 1596 году английские корабли вновь разгромили испанский флот в гавани Кадиса (Асланов Л.).

В это время англичане использовали свой флот, находившийся преимущественно в руках частников исключительно в пиратских целях. В обуржуазившемся английском королевстве корона и частный бизнес шли рука об руку и всячески помогали друг другу. Это впоследствии стало залогом англо-британского успеха и победы Англии над всеми ее недостаточно буржуазными соперниками.

Но в годы правления Стюартов (1603–1649 гг.) отношение правительства к военно-морскому флоту сменилось с всемерной ранее его поддержки на отношение более наплевательское. Корабли подолгу простаивали в доках, корабельных команд явно не хватало. Да и, вообще, морская служба в то время была крайне тяжелой. В 1635 году англичанин Люкс Фокс так описал службу моряка: «Ничего, кроме терпения и страдания… Твердая постель, холодная слонина, заплесневелый хлеб, скисшее пиво, мокрая одежда, мечта об огне» (Цит. по Фергюсон Н.). К этому списку следует добавить цингу, малярию и желтую лихорадку в тропиках, чтобы понять, насколько это служба была прямо-таки каторжной.

К тому же служба в военном флоте кроме престижа не приносила дохода. Не то, что было во времена многолетней войны с богатыми испанцами. Во многом это объяснялось длительным миром между королевскими домами Англии и Испании, чьи династии к тому же принадлежали к католичеству.

Боеспособность флота оставляла желать лучшего. Например, в сентябре 1627–1628 гг. многочисленный английский флот дважды безуспешно пытался взять с моря французскую крепость Ла-Рошель. Неудачи англичан проявились и чуть ранее: в попытке взять у испанцев Кадис в 1625 году. Пиратские акции быстроходных судов дюнкеркских корсаров Франции и мусульманских морских разбойников из Сале, действовавших в проливе Ла-Манш под носом королевского флота, приносили большие убытки английской морской торговле.

В 1625–1626 гг. дело едва не дошло до блокады английского побережья. Однажды марокканские пираты разом захватили в водах пролива 27 английских кораблей. «Матросов продали в рабство, и Англия, недавняя победительница Армады, дошла до того, что поставляла бандитам пушки в обмен на плененных ими христиан» (Конторер Д.)

Вялая внешняя политика Лондона, отказ от активной морской и колониальной экспансии негативно отразились и в торгово-колониальных делах. В частности, отсутствие прямой государственной поддержки своим коммерсантам привела к тому, что голландцы изгнали англичан с Молуккских и Зондских островов. Все это хорошо показывает прямую связь развития флота с развитием торговли и державного статуса самой Англии в европейской Табели рангах. Упадок флота при Стюартах по сравнению с блистательной эпохой Елизаветы сразу же привел к утрате Англией своей былой мощи.

Морское ослабление Англии было на руку ее колониальным европейским конкурентам. Тогда же маленькая буржуазная Голландия («Финикия нового времени», по выражению А. Мэхэна) превращается в настоящего колониального хищника, создавшего к тому же самый сильнейший военный и торговый флот. «Только лишь торговый флот Голландии насчитывал 10 тысяч судов, 168 тысяч моряков и кормил 260 тысяч человек жителей. Голландия завладела большей частью европейской транзитной торговли, а после заключения мира присоединила к этому перевозку всех товаров между Америкой и Испанией и французскими портами: при этом импорт ее оценивался в тридцать шесть миллионов франков», – так резюмировал успехи Голландии известный военный теоретик Альфред Мэхэн.

Голландия, как когда-то Англия в свое время, теперь атакует на всех морях испанские галеоны с богатой добычей из Нового Света и при этом успешно выбивает португальцев из множества опорных точек Африки и Ост-Индии, создает свою колониальную империю. Зависть англичан к более удачливым голландцам подталкивает их к колониальной экспансии. Отсюда отношение к флоту меняется. Карл I из-за постоянной нехватки средств на новые корабли вводит в 1634 г. так называемый корабельный сбор. Теперь само государство, а не портовые города, как ранее, используя новый корабельный налог, строит и снаряжает боевые корабли. Благодаря этому налогу правительству удалось построить до 40 боевых кораблей, из них шесть – 100-пушечных.

Именно тогда были созданы некоторые важнейшие типы судов, названных впоследствии линейными. Известный кораблестроитель Петт, которому Карл I оказывал личное покровительство, построил в 1637 г. самый мощный корабль «Ройял Соверин» водоизмещением в 1680 тонн, вооруженный 110 пушками, а затем и другие корабли класса «Соверин» (Конторер Д.). Однако даже с учетом новых построенных судов английский флот значительно уступал голландскому флоту по количеству кораблей.

Отношение к флоту и к колониальной политике изменилось после революции и с установлением протектората Кромвеля, больше похожего на военно-полицейский режим первого консула французской республики Бонапарта, спустя 150 лет. Используя контроль над парламентом и армией, Кромвель начал проводить агрессивную внешнюю политику. Ее целью было завоевание Англией торгового преобладания в мире и создание мощной колониальной империи. Можно сказать, что именно с Кромвеля начинается отчет по исполнению величественного замысла всех англо-британских империалистов, который в полной мере удалось завершить в XIX столетии. Флоту теперь уделяется первостепенное значение. Отныне английский флот «начинает рассматриваться как «национальная» сила, как сила, о которой должна заботиться вся страна…». (Кагарлицкий Б.Ю).

Но Кромвель хотел большего, чем просто развить способность флота защитить английские интересы и сам остров Англию от любого вторжения с континента. Его замыслы как раз были имперскими и великодержавными. Он заявлял: «Англия не может терпеть, чтобы без ее разрешения на океане развевался чей-либо флаг, помимо английского» (Цит. по Конторер Д.). Такие заявления, которые отражали мечту всех последующих британских империалистов, на практике будут воплощаться в задержании и досмотре любых нейтральных судов во время войн, которые вела Англия; в требованиях для иностранных судов салютовать при встрече с английским кораблем спуском своего флага; в бомбардировке с моря прибрежных портов и городов, в любых торговых и дипломатических осложнениях, в которых были замешаны британские подданные и многое другое.

Стремление заявить о себе в качестве ведущей морской и колониальной державы сразу же привело к войне с могущественной на море Голландией, поводом к которой послужил отказ Амстердама признать условия Навигационного акта. Парламент поддержал предложение Кромвеля поставить во главе флота испытанных в боях, но сухопутных военных командиров, получивших сразу звания морских генералов: Роберта Блэйка, Ричарда Дина, Эдуарда Попхэма. И, как это ни странно, такой выбор впоследствии полностью себя оправдал. Первая англо-голландская война на море в 1652–1654 гг., несмотря на то, что она велась с переменным успехом, выявила стратегическую инициативу англичан (Танстолл Б.).

Блестяще показал свой флотоводческий талант «морской генерал» Блэйк, одержавший ряд выдающихся побед над сильнейшим голландским флотом. С трудом выиграв первую войну с Голландией, Англия сразу же заявила о себе как о новой морской державе. Отныне правительство Англии эффективно смогло использовать флот не только в военных конфликтах с различными державами, но и в колониальных и торговых конфликтах в любых уголках земного шара. Угроза шантажа в применении военно-морской силы также появилось уже тогда в арсенале англичан. Как писал откровенный империалист начала XX века адмирал А. Мэхэн: «Повсюду в мире английский флот требовал признания прав своей державы или компенсации за ее обиды – на Балтике, в Средиземном море, у побережья туземных стран, в Вест-Индии» (Мэхэн А.Т).

Благодаря таким демонстрациям силы англичане во времена Кромвеля добились заключения выгодного торгового договора с Данией (в торговле по Северному и Балтийским морям) и с Португалией (в торговле с португальской Ост-Индией). А дальше была война с Испанией, которую Кромвель начал с целью создания английской колониальной системы в Вест-Индии. Даже викторианский историк Джон Сили не скрывает своего негативного отношения к методам ведения колониальных войн той эпохи: «Война эта началась так, как начинали войны старинные морские разбойники времен Елизаветы, – внезапной высадкой в Сан-Доминго, без предварительной ссоры и без формального объявления войны» (Цит. по Сили Дж.Р.). И хотя захватить испанский остров Эспаньолу с Сан-Доминго не удалось, зато англичане захватили остров Ямайку, ставший впоследствии центром их колониальной системы в Вест-Индии.

Реставрация династии Стюартов в 1660 г. не стала большим «подарком» для офицерского корпуса королевского военного флота, скорее, наоборот: на флот опять перестали обращать должного внимания. По словам Мэхэна, «военный флот в правление Карла II сохранял некоторое время боевой дух и дисциплину, внедренную железной рукой Кромвеля (хотя позднее флот разделил общий упадок морали, которым было отмечено это злополучное правление)».

Но такое положение вещей во флоте было, скорее, следствием общего системного недостатка той политической системы при Стюартах вообще, чем следствием упадка государственности и экономики, как это было в соседней Испании. Во всяком случае, английский флот не просто жил своей автономной жизнью, он более активно взаимодействовал с государством, чем ранее, и, наконец, он воевал. Причем воевал с сильнейшей морской державой того времени – с Голландией – и одерживал победы, как, впрочем, и терпел от них, даже неоднократно, поражения.

Морские сражения между англичанами и голландцами были грандиозны по количеству кораблей (несколько сотен в одном сражении) и численности экипажей (по нескольку десятков тысяч в каждом сражении). Оба противника – Англия и Голландия – были достойны друг друга: по уровню боеспособности флотов и корабельных команд, искусству флотоводческой тактики их командиров они были равновеликими. А если сравнивать флотоводческое искусство таких голландских адмиралов, как Мартин Тромп и де Ройтер, то оно было даже выше, чем у целого ряда британских адмиралов.

Морские сражения второй (1665–1667) и третьей (1672–1674) англо-голландских войн не выявили явного преимущества ни одной из сторон, но общим итогом этих войн для Голландии стало ослабление ее военной, государственной мощи, снижение ее ранее «бешеной» торговой и колониальной экспансии. Фаворит капиталистической гонки Голландия выдохлась, уступив свое место более свежему и агрессивному капиталистическому сопернику – Англии. С 1689 года формируется стратегический альянс между религиозно и политически близкими Англией и Голландией, направленный против гегемонизма французского короля Людовика XIV, в котором роли между союзниками были четко распределены: Голландия играла роль младшего партнера Лондона.

С этого времени главным военно-морским, колониальным и в целом геостратегическим противником Англии вплоть до окончания наполеоновских войн выступает Франция. Война на море, с Францией в союзе с Голландией принимает не менее ожесточенный характер, но с той лишь разницей, что флот Франции явно уступает в численности и в боевой выучке своих экипажей объединенному англо-голландскому флоту.

Однако французы многому выучились у англичан и голландцев, отстроив флот, по техническим данным не уступающий своим противникам, они к тому же имели таких искусных адмиралов, как Анн де-Турвиль, который одержал не одну победу над эскадрами алжирских пиратов и испанцев, даже над голландцами и англичанами. Собственно, и в тактическом плане французы также не уступали своим противникам: они так же, как и англичане и голландцы, придерживаясь линейной тактики морских сражений парусных линкоров, целью, которой было «выиграть ветер» и затем нанести решающее поражение противнику.

Вот свидетельство специалиста по тактике парусного военно-морского флота Брайана Танстолла: «Когда в 1689 г. флоты Англии и Франции начали длинную серию столкновений, закончившуюся в 1815 г., их тактики были весьма схожи. Оба флота использовали кильватерную колонну, в которой каждый корабль шел непосредственно за идущим перед ним. В бою суда противников шли примерно параллельными курсами для возможности развития максимального развития бортового огня. Французская тактика также как и английская предпочитала курс фордевиндом (по-французски – как «можно ближе к ветру») в предварительном тактическом построении» (Танстолл Б.). Собственно, подобная тактика парусного флота спокойно дожила до самого конца восемнадцатого столетия и лишь благодаря новаторству таких флотоводцев, как русский Ушаков, француз Сюффрен и англичанин Нельсон, она была признана негодной.

То, что французский флот не может противостоять объединенному англо-голландскому флоту, французам стало ясно после жестокого их поражения на море в битве при Ла-Хоге в 1692 г. Это привело к изменению тактики войны для французов на море против сильных противников. Теперь решающую ставку французы сделали на каперов (корсаров), построив целый каперский флот в водах Ла-Манша.

Имена таких прославленных корсаров, как Жан Бар и Дюгэ Труэн, на счету каждого из которых было по несколько десятков захваченных «призов», с ужасом произносились торговцами Англии и Голландии. Тактика масштабной корсарской войны оказалась оправданной, ущерб морской торговле Англии и Голландии был нанесен огромный. Голландская и английская Ост-Индская компании были на грани разорения. Всего же за 9 лет Аугсбургской войны с 1688 по 1697 французские корсары захватили около 4000 тысяч судов (хотя часть судов союзникам удалось отбить обратно) (Созаев Э., Махов С.). Но и ответные действия англичан по борьбе с французскими каперами и защите морских конвоев имели свои результаты. По отчетам Палаты общин «за всю войну, которая была объявлена 7 мая 1689 года и закончилась 10 сентября 1697 год», англичанам удалось захватить и потопить 1296 французских кораблей и судов, львиная для из которых принадлежала корсарам» (Созаев Э., Махов С.).

В то же время эта война не выявила господства англо-голландского флота на море, несмотря на ряд побед. Вот как результаты этой морской войны конца XVII века оценивают современные историки: «Уникальность же ее на море заключается в том, что победителей в этот раз не было, в очных поединках расклад получился такой: французский флот свел сражение в бухте Бентри вничью, при Бичи-Хэд выиграл, при Барфлере и Ла-Хог-проиграл. Таким образом, вопрос – кто же станет «властелином морей» – оказался нерешенным» (Созаев Э., Махов С.).

Впрочем, ждать оказалось недолго: в ходе многолетней войны за Испанское наследство (1702–1714) английский флот, уже тогда по своим боевым характеристикам – лучший в мире, при помощи все тех же голландцев неоднократно наносил поражения в открытых сражениях французам и испанцам. Закономерный итог этой войны заключался в том, что Англия, ставшая теперь Великобританией (с 1707 г. после унии с Шотландией), вполне вознаградила себя за все «бремя войны», которое она на себя взвалила. Лондон получал по Утрехтскому миру стратегически важные морские базы на Средиземном море, Гибралтар и Менорку, а также монопольное право асиенто, т.е. право в течение 30 лет поставлять рабов в испанские владения в Америке.

Итогом этой войны стало понижение Голландии со статуса великой морской державы во второразрядную. Некогда грозный французский флот после этой войны представлял собой жалкие остатки, по образному выражению Мэхэна, «он «высох и исчез», подобно листу в огне». Зато эта война кардинально изменила положение на морях для самой Британии. «До этой войны Англия была одною из морских держав; после нее она сделалась морской державой, не имеющей соперника. И своей силой она владела одна, не разделяя ее с другом и не стесняемая врагом. Она сама была богата, и при своем обладании морем и при обширном мореходстве она так хорошо держала в руках источники благосостояния, что ей не представлялась опасность чьего-либо соперничества на океане», – вот как предельно точно, прокомментировал новый военно-морской геополитический статус Великобритании Альфред Мэхэн.

Изменение геополитического статуса Британии после этой войны и превращение ее в великую державу оказали прямое влияние на формирование ее новой уже британской идентичности. С начала XVIII века постепенно начинают закрепляться в массовом сознании такие символы британской идентичности как национальный гимн «Боже, храни королеву!», национальный флаг и появляется собирательный образ национального героя – Джон Булль.

Но было бы ошибкой утверждать, что после 1713 года Великобритания являлась полной хозяйкой на морях, как это произошло спустя век после Трафальгара (1805) и после окончания наполеоновских войн в Европе. В течение всего восемнадцатого столетия все та же Франция упорно и постоянно оспаривала у Англии это право – первенствовать на море. Британские и французские флоты ожесточенно выясняли между собой, кто сильнее, в морских сражениях в войне за австрийское наследство (1740–1748), Семилетней войне (1756–1763), в войне за независимость американских колоний (1775–1783) и в войнах с революционной и наполеоновской Францией. И почти во всех сражениях британский флот(выстроенный преимущественно из русского леса!), выбрав наступательную стратегию войны, выходил победителем. По словам Брайана Танстолла, «за исключением случая, когда флотом командовал Пьер Андре де Сюффрен, французский флот никогда не атаковал и не предпринимал таких попыток с 1704 г. Его тактика при встрече с флотом равной силы была в основном оборонительной» (Танстолл Б.).

Британские моряки, подобно флотоводцам Хооку, Родни, Хау, Нельсону, не просто утвердили славу британского флота как лучшего в мире, но и заслужили на своей родине славу национальных героев. Служба на флоте для офицеров (но не как для матросов) Королевского флота была тяжелой, но почетной, а с середины XVIII века после повышения жалованья стала и более выгодной, чем в армии (Кагарлицкий Б.Ю.). А лорд Адмиралтейства, возглавлявший флот, входил в пятерку высших государственных чиновников страны.

Но, главное, теперь кардинально изменилось отношение в обществе и государстве к флоту. Он в военной иерархии ценностей занял первое место. Флот поистине стал национальным достоянием, поскольку с помощью самого дорогостоящего, но и самого лучшего в мире флота Британия смогла обеспечить себе первенство в колониальной торговле и уравновесить притязания континентальных держав в мировой геополитике. Отныне британское первенство на море давало Лондону преимущественное право доминировать и в мировой торговле и, наконец, с помощью своего несравненного флота – отбирать самые лучшие колонии у своих соперников и захватывать новые, такие как Индия.

НА ПРОТЯЖЕНИИ всей истории Великобритании военно-морские силы являлись важным инструментом проведения ее внешней политики. Руко­водство страны постоянно предпринимало все меры для того, чтобы иметь сильный флот, которому всегда отводилась ведущая роль в достижении внеш­неполитических целей как в мирное, так и в военное время. Сейчас воен­но-политический курс Великобритании направлен на укрепление единства и повышение военной мощи Североатлантического союза как главного фак­тора европейской безопасности, на дальнейшее развитие всестороннего со­трудничества с США и ведущими государствами Западной Европы, обеспе­чение защиты британских интересов в различных регионах.

Важное место в достижении указанных целей отводится ВМС, которым присущи постоянная высокая боеготовность и способность в короткие сро­ки развертывать свои силы в назначенных районах Мирового океана. Счи­тается, что свобода мореплавания позволяет осуществлять передвижение и сосредоточение сил флота без нарушения международного морского права, фактически не давая противнику поводов для организации ответных дей­ствий. Это обстоятельство имеет немаловажное значение в условиях карди­нального изменения обстановки в Европе, когда требуются более гибкие формы использования вооруженных сил для реализации внешнеполити­ческих целей в интересующих английское руководство районах.

ВМС Великобритании, традиционно считающиеся главным видом воо­руженных сил, по численности и боевой мощи являются одними из самых крупных в Европе. Они подразделяются на флот, авиацию ВМС и морскую пехоту. Общее руководство ими осуществляет начальник штаба обороны, непосредственное - начальник штаба ВМС в звании адмирала (по англий­ской терминологии - первый морской лорд, фактически выполняющий функции командующего). Начальник штаба отвечает за разработку и реа­лизацию планов строительства, мобилизационного развертывания, боевого применения, оперативной и боевой подготовки, совершенствование орга­низационно-штатной структуры, подготовку и обучение личного состава. В британских военно-морских силах насчитывается 51 000 человек: во флоте - 44 000 (в том числе в авиации ВМС - 6000) и морской пехоте - 7000. Организационно они состоят из командований (военно-морского флота, военно-морского на территории Великобритании, авиации ВМС, морской пехоты, тыла, учебного) и Гибралтарского военно-морского района (BMP).

Командование военно-морского флота (штаб в г. Нортвуд) включает фло­тилию подводных лодок (две эскадры), флотилию надводных кораблей (две эскадры эсминцев УРО и четыре - фрегатов УРО), оперативную группу ВМС (легкие авианосцы, десантно-вертолетные корабли-доки) и флоти­лию минно-тральных сил (три эскадры тральщиков, одна - охраны рыбо­ловства и защиты нефтегазовых комплексов).

Военно-морское командование на территории Великобритании возглав­ляет командующий (г. Портсмут), который руководит деятельностью учеб­ных центров, следит за состоянием военно-морских, авиационных баз, пун­ктов базирования и береговых укреплений, за организацией и проведением испытаний техники и вооружения. Командование несет ответственность за подготовку личного состава, содержание в соответствующей степени моби­лизационной и боевой готовности морских резервных компонентов, под­держание благоприятного оперативного режима в территориальных водах и 200-мильной экономической зоне. Выполнение этих задач возложено на командующих тремя военно-морскими районами - Портсмутским, Пли­мутским, Шотландским и Североирландским. Кроме того, командованию подчинены вспомогательный флот, вспомогательная служба флота и резерв ВМС.

Командование авиации ВМС (г. Йовилтон) включает боевую авиацию (три эскадрильи истребителей-штурмовиков, семь - противолодочных вер­толетов, четыре - транспортно-десантных вертолетов) и вспомогательную (шесть эскадрилий).

В состав командования морской пехоты (г. Портсмут) входят силы морс­кой пехоты, группа подготовки, резерва и отрядов специального назначе­ния морской пехоты. Командование тыла отвечает за всестороннее снабже­ние кораблей и береговых частей, обеспечение регламентного обслужива­ния и ремонта техники, а также мобилизационного развертывания ВМС, а учебное (г. Портсмут) занимается вопросами комплектования экипажей кораблей и отработки ими задач боевой подготовки перед вводом судов в состав флота. Гибралтарский BMP возглавляет командующий, который отвечает за организацию обороны ВМБ в этом районе и важных участков по­бережья, поддержание благоприятного оперативного режима в зоне ответствен­ности.

В военное время военно-морские силы Великобритании имеют следую­щее предназначение: нанесение ракетно-ядерных ударов по территории про­тивника, участие в составе группировок объединенных ВМС НАТО в опе­рациях (боевых действиях) по завоеванию господства на море, защита оке­анских (морских) коммуникаций, оказание поддержки сухопутным войс­кам на приморских направлениях, проведения морских десантных опера­ций. В мирное время боевые корабли должны действовать в составе посто­янных соединений ВМС НАТО на Атлантике и в Средиземном море, а также постоянного соединения минно-тральных сил блока. В угрожаемый период большую часть ВМС Великобритании, выделяемых в ОВМС НАТО, предполагается использовать в составе ударного флота альянса на Атланти­ке, ОВМС НАТО в Восточной Атлантике и на Северо-Западном Европейс­ком ТВД. ударных и объединенных ВМС стран-союзниц на Южно-Евро­пейском ТВД.

Главной целью совершенствования ВМС Великобритании является значительное повышение боевых возможностей флота за счет качественного обновления всех компонентов. Основным направлени­ем стало наращивание боевых возмож­ностей ракетно-ядерных сил морского базирования. В частности, на их во­оружение начали поступать перспективная ракетная система морского ба­зирования «Трайдент-2» с большей дальностью действия и повышенной точностью стрельбы. Кроме того, проведена модернизация автомати­ческой системы боевого управления ПЛАРБ в районах боевого патрулиро­вания. Повышение скрытности и неуязвимости этих лодок в результате принятия на вооружение БР «Трайдент-2» позволит расширить зону их пат­рулирования. Более высокая скрытность будет обеспечена также благодаря увеличению глубины их погружения, оснащению современными ядерными энергетическими установками и использованию буксируемых антенн.


ПЛА «Трэнчанг» типа «Трафальгар»

В ходе совершенство­вания сил общего назна­чения большое внима­ние уделяется строи­тельству многоцелевых кораблей с повышенны­ми боевыми возможно­стями, способных ре­шать широкий круг за­дач, совершенствова­нию способов и средств управления, внедрению новых технических дос­тижений и научных от­крытий. Ядро сил фло­та составят подводные лодки и надводные ко­рабли, оснащенные со­временными ракетным оружием и электронны­ми средствами. Для ус­пешного взаимодействия с ВМС других стран НАТО английские корабли и самолеты оборудуются соответствующими системами связи и обмена информацией.

Важным направлением развития военно-морских сил Великобритании остается строительство атомных многоцелевых подводных лодок, а также усовершенствование ПЛА типа «Трафальгар». Большее водоизмещение позволит оснастить их новыми атомными энергетическими установками и перспективными гидроакустическими комплексами. Все эти ПЛА будут вооружены крылатыми ракетами морского базирования «Томахок» американского производства в обычном снаряжении, благодаря чему они смогут использоваться при проведении операций по уничтожению (раз­рушению) наземных объектов противника.

Большое внимание уделяется также совершенствованию надводных ко­раблей, в частности корректируются требования к ним с учетом перерасп­ределения значимости задач, решаемых в современных условиях. Это про­является прежде всего в изменении подхода к строительству авианесущих кораблей. Придавая важное значение применению их для противолодочной борьбы, командование ВМС Великобритании тем не менее считает возмож­ным использование их для борьбы с авиацией противника, особенно при обес­печении перебросок войск (сил) усиления на европейские театры военных действий.

Ударную мощь надводных сил флота по-прежнему составляют три легких авианосца типа «Инвинсибл»,которые прошли модерниза­цию с целью повышения эффективности средств ПВО и увеличения на 20 проц. численности самолетного (вертолетного) парка. В частности, был увеличен угол подъема трамплина, что позволило повысить взлет­ную массу самолетов «Си Харриер», а также были переоборудованы ангары для обеспечения базирования на авианосцах перспективных вертолетов ЕН-101 «Мерлин».

Легкий авианосец R05 «Илластриес» типа «Инвинсибл»

Учитывая возможность возникновения в современных условиях локаль­ных конфликтов и необходимости использования в них амфибийных сил, командование сохранило в составе ВМС десантные корабли для проведения десантных операций. В связи с этим будут продол­жены их строительство и модернизация. Так, в 1998 году флот пополнился новым десантным вертолетносцем «Оушн», который способен нести на борту эскадрилью вертолетов «Си Кинг» (до 12 единиц).

С вводом в боевой состав ВМС Вели­кобритании во второй половине 2002 года фрегата (ФР) УРО «Сент-Олбанс» завершается многолетняя программа строи­тельства крупной серии (16 единиц) фрегатов типа «Норфолк». Двенадцать из них построе­ны на судоверфи «Ярроу шипбилдинг» (г. Глазго), еще четыре на судоверфи «Сван Хантер»(г. Уоллсснд-он-Тайн). Поскольку вся серия названа в честь известных в исто­рии страны герцогов (см. таблицу), эти ко­рабли нередко в зарубежных публикациях встречаются как фрегаты типа «Дюк», а так­же как фрегаты проекта 21

Флот Ее Величества не только далек от образа «хозяина морей» времен Британской империи, но и не соответствует современным угрозам. В британском парламенте бьют тревогу: вскоре у ВМС останется «ничтожно мало» боевых кораблей. Действительно ли некогда сильнейший флот мира находится в плачевном состоянии?

Королевский флот Британии раскритиковали за кораблей. По словам главы британского парламентского комитета по вопросам обороны Джулиана Льюиса, минобороны рискует оставить страну с менее чем 19 эсминцами и фрегатами.

«Британия планирует строить авианосцы для своего флота – амбиции они не утратили, а денег, как всегда, не хватает»

Уменьшение этого числа хотя бы на одну единицу даже на небольшой период будет «абсолютно неприемлемым» и сделает Великобританию уязвимой к внешним угрозам, подчеркнул парламентарий, которого цитировала лондонская The Guardian . «Мы уведомляем министерство обороны, что они не должны позволить этому случиться», – подчеркнул Льюис.

Одну из угроз Лондон обозначает вполне недвусмысленно. В январе этого года контр-адмирал Джон Уил, командующий подводным флотом Ее Величества, заявил в комментарии The Daily Telegraph: «Факты говорят о том, что Россия строит подводные лодки нового класса. Это должно вызвать беспокойство в Великобритании и побудить к защите ее средств сдерживания». По словам британского адмирала, ядерные средства сдерживания необходимы для обеспечения безопасности королевства, они являются «страховкой» от угрозы, которой можно противостоять только таким путем.

Совсем недавно алармистские заявления звучали и с более высокого уровня. 29 октября госминистр британского минобороны Майк Пеннинг заявил: Москва могла направить корабельную группу ВМФ России, возглавляемую авианосцем «Адмирал Кузнецов», через Ла-Манш, . Несмотря на свой возраст, единственный авианосец России «Адмирал Кузнецов», прошедший вдоль берегов Великобритании, производит впечатление, в распоряжении же британских ВМС нет и такого корабля, констатировала тогда Sky News.

Что в наибольшей степени беспокоит Лондон?

Без «Гарпунов»

По словам главы комитета парламента по делам обороны Джулиана Льюиса, 13 кораблей королевского ВМФ будут списаны с военной службы в период с 2023 по 2035 год. Неясность планов о замене устаревающих кораблей к 2035 году все еще существует, подчеркивает The Guardian, цитируя парламентариев.

Фото

Напомним, в 2010 году в Великобритании о масштабных сокращениях военного бюджета и вооруженных сил – самых массовых со времени окончания холодной войны. Тогда планы скорого и решительного списания материальной части ударных сил флота вызвали критику в стране. Еще через пять лет Лондон заявил о : сообщалось, что к 2018 году британские вооруженные силы будут сокращены на 20% и это сокращение коснется элитных родов войск, королевского флота и ВВС.

Добавим, что совсем недавно, 15 ноября, британские СМИ сообщили, что королевство к тому же 2018 году намерено списать противокорабельные ракеты «Гарпун». Четкой программы по их замене пока нет, так что королевский флот в 2018 году рискует остаться и вовсе без ракет, способных атаковать корабли противника, предупредил британский военный портал IHS Jane"s 360 .

Перекройка и заморозка

Речь идет не о недавних инициативах кабинета Дэвида Кэмерона, перешедших «по наследству» к правительству Терезы Мэй. Налицо уже давно сложившаяся тенденция.

Еще в 2009 году из-за дефицита бюджета Великобритания начала отказываться от строительства новых масштабных объектов, в частности, денег не хватило на строительство авианосца «Принц Уэльский», вместо этого правительство решило «перекроить» его на корабль десантных сил. Заморожены были еще несколько проектов. Это позволило стране сэкономить миллиарды фунтов стерлингов.

Однако, как отмечали СМИ, даже те авианосцы, которых минула участь заморозки, рискуют остаться «обесточенным железным грузом». Из-за миллиардного дефицита финансирования оборонного комплекса мощности силовых кабелей на базе в Портсмуте, эксплуатируемые уже восемьдесят лет, не соответствуют мощностям корабля.

Между тем на строительство авианосцев нового поколения министерство обороны выделило 6 миллиардов фунтов стерлингов.

Министерство обороны рассчитывает частично смягчить проблему путем продажи в период до 2040 года 25% оборонных объектов, однако аудиторское бюро утверждает, что этих денег не хватит на покрытие галопирующих расходов.

НАТО поможет?

Сокращение вооружений не говорит о том, что британское правительство стало плохо заботиться о безопасности страны. В середине ноября министр обороны Великобритании Майкл Фэллон на встрече в Брюсселе призвал союзников по НАТО увеличить расходы на оборону после президентских выборов в США.

«Раньше американцы говорили, что продолжат вносить больше, чем другие члены НАТО. Если новая администрация скажет, что вам нужно быть настороже, это заставит задуматься», – подчеркнул Фэллон, которого цитировала The Telegraph . Он напомнил, что «Европа также сталкивается с большими задачами по безопасности».

Как отметил в комментарии газете ВЗГЛЯД первый зампред комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Франц Клинцевич, поскольку бюджет НАТО по-прежнему держится на взносах США, а остальные западные страны просто понимают, что есть страна, которая надежно обеспечивает интересы альянса, действует логика: «Можно получить политические дивиденды, не раздувая военный бюджет, а иногда и снижая его». «Сегодня они начали нагнетать эту истерию на фоне русофобии», – констатирует Клинцевич.

«Многие расслабились»

Британия всегда была морской державой, в то время как Россия длительное время находилась в состоянии «отсутствия всяких вооруженных сил», отмечает сенатор Клинцевич. В результате «многие расслабились: и Великобритания, и Германия, и Франция».

Лишь за последние 25 лет Россия перевооружилась, появились современные вооруженные силы, новые корабли, достойная боевая подготовка – так, за прошлый и нынешний год прошли около 3 тысяч учений, а раньше их были единицы, констатировал сенатор.

По сути, «Россия начала заниматься вооруженными силами так, как этого требуют планы учебно-боевой подготовки», заметил он. Однако многие заявили, что Россия начинает нагнетать мировую обстановку. При этом, чтобы провести захватническую войну, нужно слишком много условий: и вложение средств, и другая организационно-штатная форма вооруженных сил, их мобилизация, добавляет собеседник. Такие признаки разведка вскрывает в один момент, сразу становится понятно, что страна готовится к чему-то, рассказал Клинцевич.

На деле же Запад, особенно американцев, «больше всего возмутило, что Россия может позволить себе в нынешних условиях сказать «нет» и провести современную, высокотехнологичную операцию», отметил сенатор. Американцами уже задан тренд: надо повышать выделение средств на вооружение, а денег не хватает, сейчас кризис, добавляет собеседник.

«Самая лучшая и надежная вещь – это российская угроза, слабый флот, несовременная армия и что «нам надо защищаться!». Логика тех, кто представляет ВПК, военное лобби, понятна», – отметил сенатор. Скорее всего, они добьются успеха, получат деньги, добавил он. «Сегодня Россия – наиболее удобный инструмент для решения и внутриполитических, и геополитических задач, которые решают ведущие мировые державы. Эта тенденция сохранится», – резюмировал Клинцевич.

Амбиции при недостатке амуниции

Оценивать количество кораблей нужно исходя из задач, которые ставятся перед флотом, отметил газете ВЗГЛЯД военный эксперт, главный редактор журнала «Арсенал Отечества» Виктор Мураховский. «Военно-политическое руководство Британии ставит большие задачи, включая присутствие в Тихоокеанском регионе и так далее. Конечно, для таких задач количество кораблей недостаточное», – подчеркнул эксперт.

Между тем «Британия планирует строить авианосцы для своего флота – амбиции они не утратили, а денег, как всегда, не хватает», констатировал собеседник. При этом на поддержку в боеспособном состоянии нынешних уже имеющихся кораблей денег тоже не хватает. Они вынуждены снимать со снабжения устаревшие системы вооружения, например, те же ракеты «Гарпун». А вооружение на смену им появится только после 2020 года, указал собеседник.

Для обслуживания, ремонта некоторых кораблей Британия вынуждена сейчас приглашать и французских специалистов, потому что с британским гражданством таких мало.

Однако «амбиции у них большие», подчеркнул Мураховский. Он напомнил, что операция в Ливии велась при поддержке и большом вкладе британского военно-морского флота. «Учитывая масштабы бюджета самой страны, надо как-то умерить свои военные амбиции и по одежке протягивать ножки», – резюмировал эксперт.

Достаточно для защиты от нелегалов и террористов

Капитан первого ранга запаса, председатель Общероссийского движения поддержки флота Михаил Ненашев, в свою очередь, полагает, что английский флот по-прежнему представляет в случае возникновения конфликта серьезную угрозу для России, особенно в районе срединной и северной Атлантики.

«У них есть порядка тридцати кораблей, чего полностью достаточно с учетом модернизации. Кроме того, в составе английского флота есть несколько атомных подводных лодок, в том числе вооруженных баллистическими ракетами, а также надводные силы, обладающие реальным потенциалом», – рассказал эксперт газете ВЗГЛЯД. По его мнению, вбросы о плачевном состоянии флота, появляющиеся в английской прессе, являются частью битвы за военный бюджет, ведущейся с парламентом и с английскими налогоплательщиками.

Также эксперт полагает, что, несмотря на то, что в Лондоне любят раздувать из мухи слона, как это было во время прохождения у границ Великобритании русской эскадры во главе с авианосцем «Адмирал Кузнецов», никто на них нападать не собирается. «Для защиты от террористов или нелегалов более чем достаточно тех сил, которыми Великобритания располагает», – пояснил он.

.
Продолжение темы сравнения военных флотов ведущих морских держав. Предыдущие записи - по метке .

В представленном статистическом исследовании учтено всё то, что называют capital ships - боевые корабли основных классов, плюс фрегаты и мореходные десантные корабли, т. е. та компонента ВМС, которая способна проецировать силу на удалённые регионы мира. Строящиеся корабли (не переданные флоту до 01.01.2016) включены в исходные данные справочно - они не учтены ни в общей численности корабельного состава, ни в суммарном водоизмещении. Исключение сделано для третьей ПЛА типа "Астьют" - S 121 "Артфул", переданной ВМС 18.03.2016, которая учтена с возрастом 0,00 . Наименования кораблей даны в русской транскрипции, проверенной на соответствие их традиционным написаниям либо словарной фонетической транскрипции. Для определения надводного водоизмещения запас плавучести ПЛАРБ типа "Вэнгард" принят 12% (как у ПЛАРБ типа "Резолюшн"), ПЛА типа "Трафальгар" - 12%, "Астьют" - 14%.


.
7 статистических наблюдений:

1 ) грустно видеть (не из симпатии к НАТО, а с точки зрения любителя военно-морской истории), как низко пал некогда могущественный Grand Fleet , который был сильнее двух вместе взятых следующих за ним военных флотов мира (двухдержавный стандарт) - всего 33 (тридцать три ! ) основных боевых корабля суммарным полным водоизмещением 259 тыс . тонн (в 12 раз меньше США и в три раза - России и Китая).

2 ) после вступления в строй (в 2017 и 2020 г.г.) двух новейших авианосцев типа "Куин Элизабет" вес британского флота, в прямом и переносном смыслах, заметно увеличится (в прямом смысле - до 389 тыс. тонн), и разрыв с тремя ведущими морскими державами сократится до 8 и двух раз, что, впрочем, не сильно изменит картину мира в целом ; дальнейшего роста численности Royal Navy и его суммарного водоизмещения не предвидится;

3 ) среднее водоизмещение основных кораблей ВМС Великобритании пока аналогично ВМФ России (7800 и 7600 т) и соответствует эсминцу, но после передачи флоту "Куинов" должно сильно возрасти и выйти на уровень лёгкого крейсера ( 11000 т) ; данный факт характеризует британский флот как флот океанской зоны (в отличие, к примеру, от сегодняшнего китайского);

4 ) Royal Navy достаточно молод - средний возраст его кораблей 15,7 года, что является золотой серединой между юными ВМС НОАК ( 12,6 ) и матёрыми ВМС США (19,2 ) ; на фоне интенсивно обновляемых флотов наш ВМФ выглядит пока довольно бледно ( 24,6 ), что, без сомнения, будет исправлено в процессе выполнения Программы военного кораблестроения до 2050 г.

5 ) доля новых кораблей (вступивших в строй в течение последних 10 лет) - величина, "обратная" среднему возрасту, у ВМС Великобритании равна 27,3% (у США - 21,4% , у Китая - 39,5% , у России - 12,6% );

6 ) самыми "древними" типами кораблей британских ВМС являются ПЛА типа "Трафальгар" (средний возраст 26,4 года), фрегаты типа "Дюк" (20,0 ), ПЛАРБ типа "Вэнгард" (19,7 ) и десантный вертолётоносец "Оушен" (17,3 ) ; на замену "Трафальгарам" строятся "Астьюты" , начиная с 2023 г. ( ссылка 1 ) "Дюки" будут заменяться боевыми кораблями "общего назначения" ( global combat ships ) пр. 26 (по сути, уже эсминцами) , "Вэнгарды" - "Саксессорами" (ориентировочно с 2028 г.) , касательно замены "Оушена" информации нет (кроме вот такой - ссылка 2 );

7 ) военное кораблестроение Великобритании, похоже, "деградирует" вместе с ВМС - средний срок постройки эсминцев типа "Дэринг" (6,32 года) в 2,3 раза больше, нежели у "Бёрков" (2,77 ), а ПЛА типа "Астьют" строятся в 3,6 раза дольше "Вирджиний" ( 9,98 против 2,74 , "Артфул" - 11 лет! ) - вспоминается легендарный "Дредноут", построенный "за 1 год и 1 день" (реально за 20 месяцев, что непринципиально), а неспешное строительство "Ясеней" на Севмаше уже не вызывает отрицательных эмоций (это, разумеется, шутка - ориентироваться будем на лидеров, а не на отстающих).

На прошлой неделе на “ВО” появился материал о состоянии вооруженных сил Туманного Альбиона. Эксперт, не стесняясь в выражениях, красочно описал упадок некогда мощнейших ВВС и ВМС (армия у бриттов традиционно не являлась приоритетом).


Военные расходы Британии составляют всего лишь 1,9% от ВВП, что не лучшим образом сказывается на обороноспособности страны. Однако автор чрезмерно увлёкся, затронув области, о которых он не имеет четких представлений. Недостаток информации был восполнен догадками, которые, по представлению автора, должны соответствовать общей линии его рассказа.

На "далекую линию овеянных бурями кораблей" "правящей морями" Британии рассчитывать не приходится, с ней дела еще хуже, чем с авиацией.


"Облезлый британский лев: "Ступай прочь, старая палёная кошка!", автор Я. Вяткин.

Взвешивая чужие промахи, мало кто из нас не положит руку на чашу весов (Л. Питер). Объективность - понятие субъективное. Для точных оценок необходимо владеть полным объёмом информации, что маловероятно на практике. Максимум, что может журналист, - быть беспристрастным, анализируя доступные ему данные.

Более близкое знакомство с Королевскими ВМС приводит к неожиданному выводу: их флот находится в лучшем состоянии за последние 50 лет. А ограниченного бюджета хватает для содержания одних из лучших ВМС в мире. Для того, чтобы убедиться в этом, перемотаем на несколько десятилетий назад.

1982 год, Фолклендский конфликт: лучшее, что было у Британии, - эсминцы “тип 42” (4200 тонн) с ограниченными боевыми возможностями. Восемь единиц в строю.

Авианосцы и “СиХарриеры” провалили оборону против аргентинских ВВС, оснащенных авиатехникой 1950-х гг. Вот такими были те авианосцы.

Пара десятков эсминцев и фрегатов (2000 тонн) постройки 1950-60х гг. О возможностях этих “посудин” говорит простой факт: из восьми десятков выпущенных ракет ЗРК “СиКэт” было зафиксировано… 0 попаданий.

Неудивительно, что 30 кораблей и судов (треть эскадры!) были повреждены средствами воздушного нападения. Своей победой британские адмиралы обязаны еще более удручающему состоянию вооруженных сил Аргентины, у тех отказали 80% сброшенных бомб.


Словно кинохроника Второй мировой. Средства ПВО британских кораблей позволяли расстреливать их в упор.

Прошло три десятилетия. Как изменился британский флот?

Боевое ядро современных КВМС - шесть эсминцев типа “Дэринг” (Тип 45), принятые в строй в 2009-2013 гг.

"Дэринги", в общем, тоже не шедевр кораблестроения, имеют достаточно проблемный ЗРК


Из той же статьи.

Особенно странным было упоминание о проблемном ЗРК, учитывая, что “Дэринги” - лучшие в мире из специализированных кораблей ПВО/ПРО. Там, где не справятся британские эсминцы, уже не справится никто.

Насколько оправданно подобное заявление? Чтобы убедиться в том, что они лучшие в своём классе, достаточно взглянуть на корабли.

Эсминец выделяется всем. От грамотной компоновки с выдающейся высотой размещения антенных постов, до качественных характеристик самих антенн (2 радара с АФАР) и зенитного комплекса PAAMS(S), установившего серию рекордов по перехвату целей в сложных условиях.

“Дэринг” вдвое крупнее эсминцев предыдущего типа (Type 42). Его полное водоизмещение - около 8000 тонн. Отсутствие ударного вооружения и КР большой дальности объясняется мирным временем: в носовой части “Дэринга” зарезервировано место под 12-16 дополнительных ракетных шахт.

Даже спустя десятилетие после закладки уровень ПВО британских эсминцев остается недостижимым для ВМС большинства стран мира.

Помимо “Дэрингов”, в составе надводной компоненты имеются 13 фрегатов типа “Дюк” (“Герцог”), пополнивших ряды ВМС в период с 1990 по 2002 гг. По своим характеристикам и составу вооружения они примерно соответствуют отечественным БПК пр. 1155. При этом “герцоги” моложе отечественных БПК и эсминцев в среднем на 10 лет.

В 2017 году на верфи в Глазго был заложен фрегат следующего поколения Global Combat Ship (Тип 26), полным водоизмещением свыше 8000 тонн. Ожидается, что до конца следующего десятилетия ВМС получат восемь таких фрегатов-переростков.

Таким на деле выглядит “облезлый британский лев”.

Параллельно ведется разработка проекта “Тип 31e”, также известного, как “фрегат общего назначения”. Более скромная версия корабля океанской зоны, планируемая к постройке серией из 5 единиц.

Авианосцы

В 2017 году к прохождению ходовых испытаний приступил авианосец “Куин Элизабет”. При полном водоизмещении свыше 70 тыс. тонн он стал крупнейшим из боевых кораблей, когда-либо построенных в Великобритании. А также первым полноценным авианосцем Королевских ВМС за последние 38 лет, с момента разделки на металл устаревшего “Арк Ройал” в 1980 году.

Как изменится потенциал ВМС с появлением “Куин Элизабет” и его близнеца, строящегося авианосца “Принс оф Уэлс”, чья передача флоту запланирована на 2020 год?

Несмотря на выдающиеся размеры, “Куин Элизабет” не имеет катапульт и предназначен для эксплуатации самолетов с вертикальным (укороченным) взлетом и посадкой. Реальная численность авиагруппы по плану составит всего 24 истребителя F-35B и несколько единиц винтокрылой техники. В десантной конфигурации возможно размещение транспортно-боевых вертолетов (в.т.ч. тяжелых CH-47 “Чинук”), конвертопланов и эскадрильи ударных АН-64 “Апач”.

Известно, что даже американские “Нимицы” - не в пример более мощные и совершенные корабли с большей численностью авиакрыла не способны повлиять на ситуацию в локальных войнах. Тогда чего ожидают англичане? Очевидно, что никакой значимой силы "Куины" представлять не будут.

Несомненно одно - даже такой корабль лучше, чем пустой причал.

70 тысяч тонн не могли быть потрачены впустую. Британцы получили универсальную платформу - мобильный аэродром с парой десятков истребителей, противолодочный вертолетоносец, десантный корабль и морскую радарную базу - благодаря своей мощной РЛС, “Куин” способен контролировать воздушное пространство в радиусе 400 км.

Теперь его станут пригонять везде, где появится возможность использовать такой корабль. Вопрос о необходимости выносится за рамки дискуссий. Статус “морской державы” обязывает иметь авианосец.

С появлением авианосцев возник вопрос о дальнейшей судьбе десантных кораблей “Альбион” и “Булвэрк” (“Оплот”), вступивших в строй в 2003-2004 гг. Британские УДК не отличаются выдающимися возможностями, уступая по совокупности характеристик французскому “Мистралю”. С учетом того, что проведение десантных операций может быть обеспечено при участии авианосцев “Куин Элизабет”, запланированные сроки службы УДК типа “Альбион” (до 2033-34 гг.) могут быть скорректированы в меньшую сторону.

Возможность досрочного списания УДК имеет и другую причину: в структуре ВМС Великобритании имеется “теневой” элемент. Вспомогательный флот (RFA) - морские суда специального назначения, укомплектованные гражданскими экипажами, при этом выполняющие чисто военные задачи. Быстроходные танкеры, корабли комплексного снабжения, универсальные десантные корабли и вертолетоносцы, замаскированные под гражданские суда.


Мирный пароход “Маунтс Бэй” демонстрирует створы дока для десантных катеров

Вспомогательный флот активно пополняется новой техникой. Так, в 2017 году, был введен в строй быстроходный танкер (КСС) нового типа “Тайдспринг” водоизмещением 39 000 тонн. Данное подразделение - становой хребет ВМС Великобритании, обеспечивающий проведение операций по всему земному шару.


Танкер RFA Tiderace на стоянке в американской военно-морской базе Йокосука (Япония)

Подводная компонента

В строю - 10 атомных субмарин:

4 “Вэнгарда” стратегического назначения и 6 многоцелевых ПЛА: три “Трафальгара” (1989-1991 гг.) и три “Астьюта” нового поколения.

На различных этапах постройки находятся еще две субмарины серии “Астьют”, третья построенная, но не успевшая вступить в строй (“Одейшес”), приступила к прохождению испытаний в январе 2018 года.

С учетом технического состояния кораблей, их молодого возраста и оснащения (к примеру, все шесть ПЛА - носители крылатых ракет большой дальности), ВМС Великобритании могут претендовать на второе место в мире (после США) по числу боеспособных подлодок.

Общеизвестно, что на вооружении британских ПЛАРБ находятся американские баллистические ракеты “Трайдент-2”. Менее известно, что британцы используют более совершенные ядерные боезаряды собственной конструкции, имеющие регулируемую мощность взрыва (от 0,5 до 100 кт).

Все шесть многоцелевых атомных подлодок вооружены КР большой дальности “Томагавк”. Великобритания - единственный из союзников США, которому было предоставлено право на приобретение данного , сочетающего стратегическую дальность полета с конвенционной боевой частью.

Темпы закупок крылатых ракет невелики: каждое десятилетии британцы приобретают примерно 65 “Томагавков” для компенсации расхода имеющихся ракет. Первое боевое применение состоялось в ходе бомбардировок Сербии в 1999 г., британскими подлодками было выпущено 20 ракет. В дальнейшем пуски КР производились из Индийского океана в ходе поддержки операции в Афганистане, вторжения США в Ирак и бомбардировок Ливии в 2011 г.

Достойнейший из достойных противников

Единственный в мире флот, имеющий опыт ведения морской войны в условиях, приближенных к современным. Способный на практике обеспечить логистическую поддержку крупной морской операции на удалении 13 тысяч километров от своих берегов.

Оценка состояния и возможностей Королевских ВМС невозможна без учета геополитических реалий нашего времени. Британский флот - составной элемент американских ВМС, имеющих мультинациональный формат. Противовоздушные качества “Дэрингов” используются для обеспечения обороны авианосных группировок США. Танкеры вспомогательного флота сопровождают американские эскадры. Атомные “Трафальгары” запускают крылатые ракеты для поддержки американских операций на Ближнем Востоке.